вы находитесь здесь: главная страница -> общество церковных звонарей -> наша деятельность ->
-> колокольня ивана великого: 20 лет регулярных ... -> страница 1

Добро пожаловать на сайт Zvon.Ru
Наш сайт - победитель в конкурсе православного интернета МРЕЖА в 2006 году


Система Orphus

 
 
 


    Звонить было сложно, потому что не было ни одной тренировки. Мы просто настелили деревянный пол, подвели педаль, какие-то колокола я привязал к перилам, чтобы можно было их задействовать – и все. А ученые разместили приборы, чтобы фиксировать колебания колокольни во время звона.

    И вот когда дали мне дали сигнал начинать, над площадью впервые после 1918 года запел прекрасный голос колокола 1550-го года. Конечно, всех охватило чувство полного восторга. Потом я немного потрезвонил, мне дали сигнал прекращать, и я спустился вниз. В общей сложности первый звон продолжался минут пять-шесть.

    Но что началось после звона! Объятия со всеми учеными, слезы у всех на глазах… Из сумок специалисты, которые прежде были такими серьезными и сдержанными, достали освящённые пасхальные яйца, куличи, напитки... Мы все поднялись на третий ярус, провозгласили «Христос воскресе!». Честно сказать, я не ожидал, что будет такая искренняя, такая теплая и сердечная реакция! Единственное, в ту ночь на пасхальную службу мы, конечно, не попали.

- А что показали приборы?

- Колебания по колокольне пошли, но они не превышали колебаний от сильных порывов ветра.

- Как Вы «осваивали» Иван Великий потом?

- Первый звон я совершал один, а вскоре в один из следующих звонов взял с собой Николая Гермогеновича Байкова. Со свойственной ему основательностью, осмотрев большие колокола второго яруса, он недовольно произнес, показывая на колокол Немчин: «Васильич! Какой-то колокол… маленький». А просто в Даниловом монастыре, где мы с ним звонили раньше, был колокол большего размера. А через некоторое время я взял с собой Костю Мишуровского. Со временем сложилась целая плеяда замечательных звонарей, которые звонят на Иване Великом.

- Когда начались регулярные звоны?

- На Пасху 1992 года. С этого момента мы стали отзванивать каждое богослужение, которое совершалось в соборах Московского Кремля. Вслед за колоколами второго яруса, учёные исследовали и допустили к звонам колокола третьего яруса столпа. Затем стали звонить в Семисотный или Великопостный колокол, в Реут, и, наконец, на Пасху 1993 года впервые зазвучал Большой Успенский колокол. В ту пасхальную ночь погибли звонари Оптиной пустыни. Вечная им память! Без сомнения они предстоят и молят за нас, звонарей, Спасителя!

- На кого Вы ориентировались, начиная Кремлевские звоны?

- Ростов Великий. По количеству колоколов, качеству и строгости архитектуры Иван Великий ближе всего к звоннице Ростова Великого. Конечно, многим знакомы красивые звоны Троице-Сергиевой лавры – веселые, затейливые трели. Они очень подходят для барочной лаврской колокольни, но не сочетаются со строгой архитектурой соборной площади. Здесь звоны должны быть в стиле Ростова Великого: без быстрого ритма и без излишеств.

- Когда звонили колокола на всех ярусах?

- Звоны с участием всех колоколов у нас были до последней реставрации, а потом реставраторы попросили убрать на первом ярусе помост, и вот уже три года мы не можем его восстановить.

- Как пришла в голову идея синхронизировать звон на разных ярусах? До революции ведь звонари звонили хаотично.

- Да, хотя были люди, которые подавали сигнал, когда начинать и когда заканчивать звон. Сигнальщик выходили к Чудову монастырю и оттуда махал платочком. Начинать звон можно по ясачному колокольчику, который висел у алтарей Успенского собора (там до сих пор остался кронштейн), а вот момент окончания звона нужно было показывать обязательно.

    Пока не начались звоны в храме Христа Спасителя, на Пасху мы звонили в Кремле. А потом эти звоны потеряли смысл: для чего звонить там, где не совершается служба, если все равно есть звон в кафедральном соборе, который слышно в центре города повсюду? Но еще когда на Пасху мы приходили в Кремль, то пробовали звонить как раньше – на всех ярусах одновременно и кто во что горазд. Само по себе это не отвратительно, потому что звучание колоколов превосходное. Если взять несколько хороших оперных певцов – басов, теноров баритонов – и все они одновременно начнут брать разные ноты в произвольном порядке, это будет красиво, потому что у них красивые голоса. Но стройного пения не получится. Так и у нас не получилось стройного звона.

    И мы подумали: если я стою на южном крыльце Успенского собора и показываю начало и конец звона, и меня видят звонари на всех ярусах, то почему бы мне не показывать рукой ритм, чтобы все колокола звонили в едином ритме? Эта идея пришла к нам довольно быстро, и уже с 1993 года Иван Великий стал звонить синхронно.

- После первого звона был восторг?

- Полный! Вся громадная свеча колокольни зазвучала слаженно! Это было так красиво, так по-великорусски, по-православному…

- Те, кто приходит в Кремль на богослужение, всегда нормально воспринимали то, что Вы стоите на крылечке и дирижируете?

- Обычно все, особенно присмотревшись, понимают, что происходит. Бывает, проходя мимо, здороваются, как со старым знакомым, хотя я их впервые вижу… Когда я подходил в алтаре к митрополиту Ювеналию, он спросил: «А что это за фигуру Вы там исполняли?». А Святейший Патриарх Алексий II заметил: «Я видел, как Вы там дирижировали». Он вообще разбирался в звонах, знал, сколько весят колокола и языки колоколов собора Александра Невского в Таллинне. А еще, когда очистили Таллинн от фашистов, тогда ещё иподиакон будущий Святейший Патриарх расписался на стене между двумя колокольнями собора: «А.М. Ридигер». Колокольни там соединены крытой галереей, он готовил собор к службе и вот на радостях оставил там свою подпись.

- А поднимался на Иван Великий?

- Нет, ни разу. Но, уезжая из Кремля, всегда оставлял окошко машины приоткрытым, чтобы звон был хорошо слышен.

- А Патриарх Кирилл поднимался?

- Пока тоже нет.

- Кто сегодня становится звонарями Московского Кремля?

- Во-первых, абы кого, что называется, «с улицы», мы стараемся туда не приглашать, потому что люди бывают разные и, кстати, очень по-разному реагируют на звон и вообще ведут себя на колокольне. У нас был случай, когда двое, причем один – мой бывший ученик, попросили взять наверх каких-то своих знакомых и проявили там некий момент самостоятельности. Им было сказано не выходить на комендантскую сторону, а они пошли гулять по балкону. В принципе, ничего страшного не случилось, но ведь могла возникнуть и какая-то более серьезная ситуация. Поэтому если кто-то из наших гостей проявляет непослушание, мы его больше не берем, потому что Кремль – это Кремль.

    Человек, который хочет здесь звонить, должен быть православным, верующим, церковным и послушным. Сказали тебе, стой здесь и делай вот это, – стой и делай. В Московском Кремле звонят люди из коллектива звонарей, который участвует в богослужениях в Храме Христа Спасителя. Естественно, к нам в храм приходят разные люди, и сначала мы присматриваемся к человеку, потому что, повторяю, на звон люди порой реагируют очень неожиданным образом.

    Когда отливали колокола для Храма Христа Спасителя, я пригласил литейщиков на Иван Великий, чтобы они посмотрели и послушали, что такое большие колокола. Им ведь предстояло отлить колокол весом в 30 тонн, хотя самый большой колокол, который они отливали раньше, весил всего 2 тонны, и нужно было, чтобы у них появилось представление о больших колоколах. И вот когда ударил Большой Успенский колокол, один из бывших с нами молодых людей схватился за голову и побежал.

    Так что, когда речь идет о кремлевских звонах, важно, чтобы люди были проверенные, чтобы на них можно было положиться и точно знать: раз есть служба, будет обеспечен и звон, и никаких ЧП на колокольне не случится. У нас даже девиз был, что смерть не является оправданием для неявки на кремлевский звон. Это звучит несколько жестко, но принцип именно такой.

- Сколько человек нужно, чтобы обеспечить полноценный звон на Литургии?

- Минимум трое.

- А чтобы звонили колокола на всех ярусах?

- Шестнадцать. По два на Реут и на Семисотный (звонить в него можно и одному, но, когда стоишь под колоколом, не видно и не слышно, что происходит вокруг, и кто-то должен дать сигнал, когда начинать и заканчивать звон). На Большой Успенский – восемь. На первый ярус – один человек. И еще два на второй ярус. Для третьего яруса, когда он задействован, остаточно одного человека.

- Большой Успенский колокол – самый тяжелый из всех – сейчас звонит редко?

- На Успенском колоколе нужно отрегулировать язык, чтобы для звона требовалось не 6-8 человек, а двое. Пока это не сделано, мы стараемся не звонить в оба края. Мы написали письмо с просьбой создать попечительский совет или фонд для реставрации колокольни. Все-таки уже 20 лет прошло с момента начала регулярных звонов. Автомобиль и тот раз в месяц отвозят на техосмотр, а тут – главная колокольня, которая два десятилетия не требовала никаких дополнительных затрат. Нужно приводить ее в порядок, восстанавливать утраченные колокола, реставрировать то, что есть сейчас. Можно сказать, восстанавливать в том виде, в котором она была в 1913-1914 годах.

<< Назад

1 стр.    2 стр.

автор интервью: О. Богданова
источник: Татьянин День
фото: И. Коновалов, А. Либкнехт,
К. Мишуровский, Ю. Москвичева, А. Борисенкова

12.04.2012

К разделу об Иване Великом на нашем сайте

 

Календарь на другие даты

Яндекс.Погода

Трудно ли научиться звонить в колокола?

не трудно: колокольный звон - это очень просто
на начальном уровне не трудно, а повысить уровень можно только самостоятельно за долгие годы
не трудно, только если есть хороший звонарь-наставник
чего проще - ноты в руки, и вперед
все постижимо, если стараться учиться
трудно, даже если очень стараться
сия премудрость доступна лишь одаренным
другой вариант ответа

результаты предыдущих опросов

1.gif

© ОБЩЕСТВО ЦЕРКОВНЫХ ЗВОНАРЕЙ. 2004-2013

При воспроизведении материалов с сайта Zvon.Ru ссылка обязательна!
Сайт содержит материалы, которые выражают точку зрения разработчиков сайта.
Материалы и отзывы, присланные на наш сайт, не рецензируются.

программирование сайта :: aggressor.ru