вы находитесь здесь: главная страница -> библиотека -> изданные материалы ->
-> кавельмахер в.в. способы колокольного звона и... -> приложение

Добро пожаловать на сайт Zvon.Ru
Наш сайт - победитель в конкурсе православного интернета МРЕЖА в 2006 году


Система Orphus

 
 
 


Приложение

[1] Энциклопедический словарь. Т. XV. СПб., 1895. С. 722 ("Колокола").

[2] См., например: Полный православный богословский энциклопедический словарь. Приложение к журналу "Русский паломник" за 1912 г. СПб., 1912. Вып. IX. С. 1410, "Колокольный звон"; Рыбаков С.Г. Церковный звон в России. СПб., 1896. С. 13; Оловянишников Н.И. История колоколов и колокололитейное искусство. М., 1912. С. 401, 407-408.

[3] Легенда об отличном от Запада, исконно русском, способе звона не беспочвенна, но ей недостает историзма. Она родилась среди энтузиастов русского колокольного звона в грамотной купеческой, ремесленной и духовной среде и впитала в себя глубокое знание и любовь к предмету. Эта легенда, - вполне, впрочем, обоснованно - пыталась приписать богатый и сложный ритмический рисунок русских колокольных звонов исключительно способу звона в языки, как более живому и гибкому. Однако, несомненно, относительно позднее, не ранее второй половины XVII в., формирование этих звонов. Не последнюю роль в сложении легенды сыграли многочисленные публикации иностранных источников по России XVII в. предпринятые русскими историками ещё в первой половине XIX в. В своих записках иностранные путешественники отмечали поражавший их воображение способ звона, применявшийся русскими. Почти у каждого автора можно встретить буквально одну и ту же фразу, как бы резюмирующую его наблюдения: "звонят у них [русских] не так, как у нас, раскачивая колокол, но к каждому языку привязана веревка" и т.д. Однако, внимательный читатель может тут же на соседней странице встретить описание и качающегося колокола. Единственный, если мы не ошибаемся, из дореволюционных авторов, знавший историю вопроса, был М.И. Пыляев. В своем очерке, посвященном историческим колоколам (см.: Пыляев М.И. Старое житье. СПб., 1897. С. 298), он говорит о западном способе звона: "некогда он существовал и у нас, как существует ещё в некоторых польских костелах, например, в Киеве". На колокольнях Пскова и Псковской области в конце XIX в. в изобилии стояли качающиеся колокола, правда, звонили в них в большинстве случаев уже в языки. Принято было объяснять это пограничным положением Пскова.

[4] Термин "очап" - значительно реже - "очеп" - встречается, главным образом, в учётной деловой документации XVI-XVII вв., в церковных описях, и писцовых книгах. До начала XX в. эти источники редко привлекались исследователями древнерусского языка. В Материалах для словаря древнерусского языка И.И. Срезневского слова "очап" нет. В.И. Далю были известны слова "очапить" со значением перетягивать на перевесе, на каком-либо упоре, и слово "очеп" или "оцеп" в значении журава или журавля (перевеса, положенного на веретено для опуска и подъема), применявшегося при колодцах, для раскачивания детских колыбелей и в качестве шлагбаумов. О колоколенных "очапах" или "очепах" В.И. Даль не знал. См.: Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка, Т. II. М., 1955. С. 775, 776; Словарь церковно-славянского и русского языка, Т. III. СПб., 1847. С. 144.

[5] ЦГАДА. Ф. 1183. Д. 122. Дело по ремонту колокольни Ивана Великого, 1807 г. Л. 13 об.

[6] Автору совместно с арх. С.А. Гавриловым удалось провести дополнительные исследования колокольни Александровой слободы и уточнить некоторые этапы её строительной истории. Перестроенная (по-видимому, в последней четверти XVI в.) из столпообразной церкви под колоколы Алексея Митрополита 10-х годов XVI в. колокольня Александровой слободы до начала XVIII в. представляла собой весьма сложное сооружение, состоящее из трёх связанных между собою объемов: из колоссального, окруженного аркадой восьмигранного шатрового столпа с церковью; из прямоугольной южной пристройки неизвестного назначения (вероятно, казны) с лестницей и церковной главой над нею; из огромной многопролетной звонницы, примыкавшей к двум названным объёмам в месте их сопряжения с запада. На этой-то несохранившейся звоннице и стояли благовестные очепные колокола, а средние и зазвонные висели под шатром основного столпа на балках. Среди очепных колоколов находился и пятисотпудовый благовестник архиепископа Пимена, увезённый Иваном Грозным из Новгорода. После разборки звонницы в начале XVIII в. пименовский колокол вместе с валом, на который он был насажен, был поднят на верх шатровой колокольни и установлен под шатром на двух переводных балках в полном соответствии с технологией очепного звона. Гнёзда для его установки и были обнаружены нами при обследовании этих балок. Что касается отсутствия видимой очепной системы на звоннице Дьяковской церкви, то мы не оставляем надежды выяснить природу этого явления посредством более глубоких натурных исследований.

[7] В разных томах Лицевого свода для изображения очепных колоколов применялись разные графические приёмы: колокола московского периода изображались с валами, колокола Твери и Новгорода с очепами, но без валов. По-видимому, эти различия следует объяснять различиями источников, которыми пользовались сводчики, а может быть, и просто различной авторской манерой.

[8] ГИМ. Син. 149. Л. 296, 347.

[9] См.: История Москвы, Т. I. M ., 1952. С. 120.

[10] ГБЛ. Ф. 173.II (МДА, дополн.). Д. 225. Опись Троице-Сергиева монастыря 1641 г. Л. 269 об.

[11] ЦГАДА. Ф. 1192. Оп. 2. Д. 365. Опись монастырского имущества Иосифо-Волоколамского монастыря (70-е годы XVI в.). Л. 41-51 об.

[12] Георгиевский В.Г. Памятники старинного русского искусства Суздаля. М., 1927. Приложение. Опись Покровского женского монастыря в г. Суздале 7105 (1597 г.); ГБЛ. Ф. 218. Д. 841-1. Опись Покровского монастыря в Суздале начала XVII в. Л. 151.

[13] ГИМ ОПИ, Ф. 61. Д. 113, Опись Спасо-Прилуцкого монастыря 1593 г. Л. 39 об.; Ф. 61. Д. 112, Опись Спасо-Прилуцкого монастыря 1631 г. Л. 84 об.

[14] Вологодские епархиальные ведомости. 1866, № 3-7. Павло-Обнорский монастырь.

[15] ЛОИИ. Ф. 2. Коллекция актовых книг. Д. 128. Книги описные Соловецкого монастыря 7113 г. Л. 108 об.-109.

[16] Известия имп. Археологического общества. 1863. № 1-6. Опись Свияжского Богородицкого мужского монастыря, составленная в 1614 г. С. 579.

[17] ГАКО. Ф. 712. Оп. 1. Д. 298. Дело об исправлении шатровой колокольни в Ипатьевском монастыре 1851 г. Л. 78 (не сохранилось).

[18] ЧОИДР. 1878. Кн. III-IV. С. 9. Синодик и вкладные книги Махрищского монастыря.

[19] ОР ГПБ. Q.IV.393. Опись Кирилло-Белозерского монастыря 1668 г. Л. 584.

[20] ЦГАДА. Ф. 1203. Оп. 1. Д. 29. Опись церковного имущества Спасо-Евфимьевского монастыря 1660 г. Л. 166-166 об.

[21] Малков Ю.Г. Новые материалы к истории архитектурного ансамбля Псково-Печерского монастыря. Приложение: Опись монастыря 1602-1603 гг. // Реставрация и исследования памятников культуры. Вып. II. М., 1982. С. 79; ОР БАН. Собр. П.Н. Доброхотова. Д. 5. Переписная книга Печерского и приписных монастырей 1642 г. Л. 88, 155, 244 об.

[22] ОР БАН. Арханг. Д. 387. Переписная книга Сийского монастыря 1692 г. Л. 71.

[23] Баженов И.В. Костромской Богоявленский-Анастасиев монастырь. Кострома, 1895. С. 11.

[24] Список с писцовых книг г. Казани с уездом. Казань, 1877. С. 17.

[25] Савваитов П. Строгановские вклады в сольвычегодский Благовещенский собор. СПб., 1886. С. 24.

[26] Иванчин-Писарев Н.Д. Описание Тотемского Спасо-Суморина монастыря. М., 1850. С. 30.

[27] Русская историческая библиотека. Л., 1924. Т. XXXVII. Приходно-расходные книги Болдина монастыря. С. 73.

[28] Викторов А.Е. Описание записных книг и бумаг старинных дворцовых приказов. Кн. I. Вып. II. М., 1883. С. 507, 511.

[29] Олеарий А. Описание путешествия в Московию и через Московию в Персию и обратно. СПб., 1906. С. 155-156.

[30] Павел Алеппский. Путешествие антиохийского патриарха Макария в Россию в половине XVII в. Вып. 3. М., 1898. С. 109-110.

[31] За исключением некоторых звонниц Псковщины, где благодаря связи звонницы с церковной палаткой появлялась техническая возможность устроить лаз для профилактического осмотра и ремонта колоколов.

[32] Первый, весом в 450, второй - в 500 пудов. Зная вес колокола, можно по колокололитейным таблицам определить его поперечник, высоту и вес языка. См.: Оловянишников Н.И. История колоколов и колокололитейное искусство. М., 1912. С. 417-419.

[33] ГИМ Син. 149. Л. 68 об.

[34] Русская историческая библиотека. Т. III. СПб., 1876. С. 11.

[35] Павел Алеппский. Путешествие ... С. 114.

[36] Исследование архитектора С.А. Гаврилова.

[37] ПСРЛ. М., 1956. Т. XXX. Владимирский летописец. С. 142.

[38] Трёхчастные шатровые верхи были распространены в архитектуре Московской Руси чрезвычайно широко. На три шатра была покрыта однопролетная всполошная звонница Пятницкой башни Коломенского кремля.

[39] ЦГАДА. Ф. 248. Опись графических материалов Сената XVIII - начала XIX в. Д. 212.

[40] В основе верований, связанных с колоколами и колокольным звоном, лежат доисторические (языческие, дохристианские) погребальные шумовые обряды, выкликания мёртвых, так называемое "бужение", все виды помина. В христианскую эпоху колоколу приписывалась способность "вызванивать души из ада". Вопросы "колоколенной мифологии" в своих работах затрагивали Н.И. Оловянишников (указ. соч.), неизвестный автор статьи "О колоколах и колокольном искусстве" в "Московских губернских ведомостях" за 1850 г., № 49 и др.; о шумовых обрядах при погребении особенно см.: Зеленин Д.И. Очерки русской мифологии. Пг., 1918. В работах названных авторов читатель найдет обширную литературу по этому вопросу.

[41] На связь древнерусских церквей под колоколы с погребальным культом указывают факты использования монастырских подколоколенных церквей в недавнем прошлом для поставления и отпевания рядовой братии и вкладчиков. К сожалению, все известные нам случаи такого использования относятся к XVIII-XIX вв., но в этом следует видеть старую традицию. Наиболее ранним примером остается известный из летописей факт переноса в 1472 г. гробов русских митрополитов из предназначенного к разборке старого Успенского собора в Московском Кремле в церковь "под колоколы" Ивана Списателя Лествицы - на время, до завершения строительства нового собора. Известен случай из истории Великого Новгорода; когда в XVII в. в течение одиннадцати недель не погребали умершего новгородского митрополита Афонию, его тело стояло в церкви "под колоколы" Григория Великия Армении в Спасо-Хутынском монастыре. Подобные примеры, вероятно, можно умножить. Замечательный факт из области колоколенной символики был обнаружен в своё время архивистами в. и Г. Холмогоровыми и И.Б. Забелиным в делах Патриаршего Дворцового приказа: в 1640 г., после церемонии погребения патриарха Иоасафа I в московском Успенском соборе, деревянный гроб, в котором тело патриарха несли в церковь с тем, чтобы там переложить его в каменный гроб, был отнесен на Филаретову колокольницу и поставлен под "Большой Успенский" колокол - очевидно, для "очищения" его колокольным звоном. Поразительный обычай "опевания" пустого гроба в той или иной форме существовал у многих народов.

На погребальное назначение церквей "под колоколы" указывает, с нашей точки зрения, сама история их появления в древнерусских монастырях. На протяжении XV-XVI вв. все большие русские монастыри поставили у себя такие церкви. Монастыри шли на расходы по строительству этих "ненужных" им церквей, надо полагать, неспроста. Как известно, в рассматриваемый период в среде служилых вотчинников входит в обычай погребения в монастырях за вклады - земельные и денежные. Вклады давались одновременно на погребение и на помин души вкладчика и его предков. В результате этого процесса некоторые монастыри в несколько десятков раз увеличили свой земельный фонд и накопили огромные денежные средства. Со своей стороны, монастыри должны были принять и предать земле тело, расписать имена умерших и их предков по синодикам, помяникам и кормовым книгам для вечного их поминовения, отслужить все положенные службы. В этой обстановке, - поскольку в основных монастырских церквах служба шла круглосуточно, а придельные были малы и тесны, - поздно или рано должна была появиться потребность в ещё одной, особой церкви, где можно было бы одновременно и отпевать, и благовестить о погребении, и служить громоздкие сорокадневные заупокойные обедни с панихидами ("сорокоусты"). Таким погребальным и поминальным по сути своей сооружением часовней, церковью и колокольней в одно и то же время и должка была стать церковь "под колоколы".

[42] Связь европейской колокольни (в частности, католической) с погребальным обрядом, несомненно, имеет место, однако специально этим вопросом мы не занимались.

[43] Пятилепестковая структура этой церкви образовалась в результате отъятия у идеального восьмилепесткового плана трёх западных экседр, на месте которых Бон поместил две внутристенные лестницы и паперть.

[44] Черный В.Д. Архитектурные сооружения Московского Кремля в Лицевом летописном своде XVI века // Государственные музеи Московского Кремля. Материалы и исследования. M ., 1980. Т. III.С. 25.

[45] В литературе можно встретить мнение, что на Руси существовала более ранняя столпообразная каменная церковь-колокольня - церковь Одигитрии в Иосифо-Волоколамском монастыре (см.: История русского искусства. M., 1955. Т. III. С. 316). Постройку этой столпной церкви исследователи относят к 90-м годам XV в. Это ошибка. Во всех основных редакциях Жития Иосифа Волоцкого, в том числе той, которая принадлежит его племяннику и сподвижнику Досифею Топрокову, точно указано, когда именно была построена церковь Одигитрии: после завершения строительства монастырской трапезной, т.е. после 1511 г. О той же дате говорят и формы древних ярусов Иосифо-Волоколамского столпа, взорванного в 1941 г.

[46] В литературе, посвященной архитектуре итальянских провинций, нам удалось обнаружить только две восьмигранных кампанилы. Одна - в стиле северной итальянской готики - находится в Ареццо, другая - конца XIII в. - в Гаргано. Кампанила церкви Сан-Микеле в Гаргано, многоярусное сооружение с ордерной обработкой фасадов, выстроена без сокращения ярусов. Колоколен с сокращающимися ярусами итальянцы, по-видимому, вообще не строили.

[47] См.: Истомин Г. Ивановская колокольня в Москве. М., 1893. С. 34.

[48] Определено по колокололитейной таблице из кн.: Оловянишников Н.И. История колоколов ...

[49] Между 1508 и 1532 гг. оба колокола были перелиты с увеличением веса: и в том, и в другом звоне одна из рам отрублена. Вместо неё, по-видимому, ставилась деревянная опора, т.е. гнезда раздвигались.

[50] См.: Гра М., Жиромский В. Коломенское. М., 1971. С. 112.

[51] ЦГАДА. Ф. 280. Оп. 3. Д. 492. Л. 14 об.

[52] О существовании в среднем ярусе Успенской звонницы Входоиерусалимской церкви "под колоколы" см.: Баниге В.С, Брюсова В.Г., Гнедовский В.В., Щапов М.В. Ростов Ярославский. Ярославль, 1957. С. 56.

[53] Отождествление церкви 1532 г. с тем огромным зданием, которое в 1812 г. было взорвано по приказанию Наполеона, основано на недоразумении. Построенная Петроком Малым церковь (она была первоначально посвящена Воскресению Христову) была небольшим изящным храмиком, покрытым ярусами кокошников уникального для древнерусской архитектуры трифолийного очертания и окруженным столь же великолепными килевидного рисунка арочными папертями. Реконструировавший Спасскую башню, Христофор Галовей заимствовал мотив арочных папертей у Петрока Малого. Не исключено, что церковь Рождества Христова была бесстолпной. Церковью "под колоколы" в первый период своего существования она, совершенно очевидно, не была и колоколов на себе не имела. Выбор места для её строительства возле Ивана Великого был вызван другими причинами: в её двухъярусных подклетах помещалась митрополичья казна и ризница. Обычай хранить казну вблизи колоколов столь же древен, сколь и вышеописанные связанные с колоколами погребальные обычаи и верования. Церковь Рождества впервые стала церковью "под колоколы", как считается, при первых Романовых, но когда точно, мы не знаем. В самых ранних документах XVII в. она уже зовется "под колоколы", однако, как видно из многих изображений этой церкви, колокола стоят на её папертях и сводах в полном противоречии с её архитектурой. Последнее из имеющихся изображений церкви Рождества Христова - в альбоме Мейерберга, - самое реалистическое и самое точное, не оставляющее сомнений относительно причин её перестройки, - она перегружена гигантскими благовестными колоколами сверх всякой меры. Оба романовских колокола, - "Реут" и "Новый Лебедь", - не соразмерны ей и её подавляют. Но главной причиной её перестройки стало, несомненно, отлитие в 1654 г. нового "Царя-колокола", для которого на церкви Рождества уже не было места. При перестройке церкви Рождества ее относящийся к 1532 г. двухъярусный подклет был сохранен. Время перестройки мы устанавливаем на основании рисунка Сторна из альбома Мейерберга (1667 г.) и временем первого - неудачного - подъёма на неё "Царя-колокола" (1674 г.) (см. ОР ГБЛ. Ф. 67. 29 корб. № 57. Л. 4).

[54] Голубцов А.И. Чиновники московского Успенского собора и выходы патриарха Никона. М., 1908. С. 259.

Вернуться к тексту статьи

 

Календарь на другие даты

Яндекс.Погода

Трудно ли научиться звонить в колокола?

не трудно: колокольный звон - это очень просто
на начальном уровне не трудно, а повысить уровень можно только самостоятельно за долгие годы
не трудно, только если есть хороший звонарь-наставник
чего проще - ноты в руки, и вперед
все постижимо, если стараться учиться
трудно, даже если очень стараться
сия премудрость доступна лишь одаренным
другой вариант ответа

результаты предыдущих опросов

1.gif

© ОБЩЕСТВО ЦЕРКОВНЫХ ЗВОНАРЕЙ. 2004-2013

При воспроизведении материалов с сайта Zvon.Ru ссылка обязательна!
Сайт содержит материалы, которые выражают точку зрения разработчиков сайта.
Материалы и отзывы, присланные на наш сайт, не рецензируются.

программирование сайта :: aggressor.ru